Перейти…

VGil journal

Новости и события, люди, история...

Архив

RSS Feed

20.10.2020

Настоящая писательница


via posted by  

Интересную историю рассказал Борис Акунин. Стоит почитать.

***

     Почему я считаю настоящей, стопроцентной, архетипической писательницей женщину, которая не оставила такого уж яркого следа в литературе, объясню в конце. Сначала просто расскажу о моей любимице тем, кто про нее ничего не знает или слышал это имя лишь краем уха.
     Вот она:

Мари-Жанна Ролан де ля Платьер (1754 – 1793).
Обычно ее называют просто «мадам Ролан».

 
     Она была умна, энциклопедически образована, превосходно разбиралась в людях и обладала – выражаясь современным языком — незаурядными лидерскими качествами. Но в эпоху, когда общество относилось к сильным женщинам с предубеждением, Мари-Жанна предпочитала действовать, оставаясь в тени своего мужа.

А это  мсье Ролан

     Он был на двадцать лет старше, подкаблучник, безропотный обожатель своей  высокоодаренной супруги, которая вывела мужа в большие люди, обеспечила ему место в учебниках истории, а в минуту опасности  спасла от эшафота. Правда, это последнее благодеяние… Нет, не стану забегать вперед.
     Дело было так.
     С началом революции господин Ролан, живший в Лионе, начал публиковать блестящие статьи в прессе. Под ними стояла его подпись, но автором была Мари-Жанна. Благодаря  журналистской деятельности Ролан прославился, стал депутатом, перебрался в Париж. Там вокруг него (а на самом деле вокруг его жены) возник политический кружок, со временем превратившийся в жирондистскую партию. Ролан стал министром внутренних дел. Он произносил в Конвенте вдохновенные речи, текст которых готовила супруга. 
     Не буду утомлять вас пересказом революционных интриг и распрей. Довольно сказать, что умеренные жирондисты проиграли борьбу за власть кровожадным якобинцам, и чета Роланов угодила в ennemis du peuple.
     Мари-Жанна помогла мужу бежать из Парижа, а сама осталась, ибо не признавала поражений – и в конце концов оказалась в тюрьме.
     Именно там, во время пятимесячного заключения, она и написала «Обращение к беспристрастным потомкам», свое единственное произведение, обнаружив незаурядный литературный талант. Если б не гильотина, из мадам Ролан несомненно получилась бы выдающаяся писательница. Книга написана легко, энергично, пружинисто – без обычной для восемнадцатого столетия вязкости. Маленький образчик стиля (и характера Мари-Жанны): «Нет ничего хуже, чем иметь дело с дураком; единственный способ – связать его веревкой, все иные методы бесполезны».
 
     Последний день ее жизни весь расфасован на цитаты, ставшие знаменитыми.
     В 1793 году «врагам народа» рубили головы на площади Революции (нынешняя площадь Согласия), перед гипсовой статуей Свободы. Приблизившись к эшафоту, Мари-Жанна поклонилась истукану и воскликнула: «Ах, Свобода! Сколько преступлений свершается твоим именем!»

Вон она Свобода – сидит, смотрит

 
     Плачущему дворянину, которого должны были казнить вместе с ней, Мари-Жанна сказал: «Идите первым, сударь. Вам будет не под силу смотреть, как я умираю».
     Но я люблю мадам Ролан не за ее восхитительное мужество. Она покорила мое сердце другим поступком, не столь пафосным и менее известным.
     Когда ее посадили в позорную колесницу, чтоб везти к месту казни, она попросила бумаги и чернил – чтоб записать мысли и впечатления на пути от тюрьмы Консьержери к площади Революции.
     Вот что такое настоящая писательница! (И пусть горят в аду те, кто не исполнил ее последней просьбы.)
     А мсье Ролана от эшафота она спасала зря. Узнав о смерти жены, он, находившийся далеко от Парижа, в безопасности, закололся шпагой, пережив Мари-Жанну на два дня.
     Имя у него было зеркальное: Жан-Мари.



Follow VGil_tvit on Twitter

Метки: ,

Добавить комментарий