Перейти…

VGil journal

Архив

RSS Feed

19.12.2018

Саша Билый. Перед похоронами оказалось, что у него нет и костюма.


Еще перед похоронами оказалось, что у него нет костюма, вообще ни одного, обувь соответствующего тоже. У него вообще как-то не было ничего лишнего. Несколько рубашек, вышивка, черная куртка его любимого футбольного клуба Raiders из Америки, в которой его убили, джинсы, камуфляж, бейс Reiders.

Он вообще не любил лишнего. На прощание и похороны приходили разные, настолько разные люди, что представить их в одном месте было просто нереально. Барыги с рынка в кожанках, полукриминальные со шрамами на черепах, тоже в коже и спортивных штанах, экс-зэки просто в спортивном, чечены с длинными бородами и все в черном, унсовцы в американской армейской форме, те, что ветераны и 14-16 — ти летние в берцах, черных штанах, которые слез не сдерживали.

Правый сектор — людей около 500, почти все, кажется, кроме Яроша, был в бронежилетах, у них они на поминках потом сели есть со всеми своими рациями и другими тяжелыми предметами, женщины-рухивкы с речами с надрывом на кладбище, чего бы Белый точно бы не одобрил, мягко говоря, весь в слезах стоял начальник местного ГАИ, 20 священников во главе с владыкой правили панихиду.

Ярош говорил только на поминках и только к своим, никого лишнего. Бабушки на кладбище заламывали руки: с ним нам было в городе спокойно . Соседи жаловались, что Белый завтра рано из своего балкона не кричать им: делайте что-то. Сокамерники вспоминали, как в СИЗО он не считался ни на какие тюремные правила, ходил в футболке с надписью Чечня и никто его не трогал, все боялись. А Юра, когда Белый пришел в камеру впервые, назвал его тупым, то поднял Юру за шею на полметра, и Юра понял, что с Белым так низзя говорить. Именно рассказы Белого о УНСО поощрили его сокамерника Юру вступить позже в эту организацию.

Сбушники приходили не так следить, как отдать честь. Белый вообще после смерти выглядел еще более грозно, лицо его немного распухло и похож он был на бизона.Несли центром города, и для этого перекрыли движение, колонны УНСО и правого сектора двигались по обе стороны, когда дождь ударил по так, что все промокали за минуты, никто из них даже не шелохнулся. С калашей, когда гроб опустили в яму, стреляли трижды в воздух. Одним из новых лозунгов похоронах стало: герою трижды: слава, слава, слава, врагам трижды: смерть, смерть, смерть.

Женщин почти не было, но о них шептали как о тех, кто годами в своих квартирах то шили флаги, то прятали каких-то чеченцев, то чистили оружие. Каждый из пришедших к Белому, стоил отдельного сюжета, отдельной истории, а истории их можно было слушать бесконечно. Самыми яркими были те — со следами от пуль на головах и простреленной ногами — все, что пострадали 18-20-го февраля, все, которые тащили своих мертвых собратьев с Институтской.  Они могли бы быть героями, если бы тогда снайперы целились в них тщательно, но так случилось, что сейчас они живы и на похоронах Белого, поэтому героями уже быть не могут, только бандитами.

О смерти говорили мало, все говорили, что Белый, увидев джипы во дворе Карасей, приказал охранникам: врассыпную. Мы же увидели копии журналов, в которых оружие — его макаров и калашников официально зарегистрированы на него (и он даже платил штрафы в размере 57 гривен за то, что носил без чехла АК), и поскольку его калаш забрали из машины при задержании, то Володя поинтересовался: а его вернут теперь, когда мы покажем официальный документ?

«Зачем тебе сейчас то калаш?», — Спросила я.

«Ты не понимаешь, Белый хотел бы знать, где он калаш, он бы его волновался «.

Саша Белый (слева на фото)

Лагерный сбор УНА 29.06.1991 года, еще без УНСО. УНСО родится 19 августа, через 51 день. А через 52 дня рассыплется СССР. Саша держит освященный нож, на котором УНА давало присягу на верность Украине.

Оригинал взят у [info]vynyvydyvycy

Метки:

Добавить комментарий