Перейти…

VGil journal

Архив

RSS Feed

13.11.2018

Дети неумытые и сопливые – чтобы злые духи не прельстились ими и не забрали к себе…


 Жизнь, которая не меняется столетиями… Туркмения.

Осенью прошлого года два московских этнолога Елена Ларина и Ольга Наумова отправились в дальние и труднодоступные районы Туркмении: к «песковым туркменам» в Каракумы и в горы к «нохурцам». Ученые, кандидаты исторических наук рассказали «Фергане.Ру» о том, что увидели, — и поделились уникальными фотографиями.

Поселок Дамла

Общий вид поселка Дамла (кликните на изображение, чтобы увеличить)

Поселок Дамла расположен в Каракумах. Шестьдесят домов в песках, никакого колхоза и никаких совместных дехканских хозяйств – каждая семья выживает сама по себе, кто как может. За пенсией, за талонами на бензин или к врачам жители ездят в центральный поселок – Тахта. В октябре прошлого года, когда мы оказались в Дамле, была совершенно критическая ситуация с водой – две прошедших зимы были бесснежными, летом почти не было дождей. Люди собирали дождевую воду с крыш…


Устройство для сбора воды

…или привозили воду в поселок на машинах. В пустыне среди барханов и песков можно увидеть «такыры» — небольшие участки с суглинистой почвой, на которых вода после дождей застаивается и не уходит в песок. С этих такыров люди и набирают воду. А когда дождей нет – ездят за водой в дальние районы, к источникам.

Богатые жители Дамлы – те, у кого есть машины с насосными бочками – закачивают воду и везут в село. Сначала заливают ее себе в сардобы – вырытые в земле и забетонированные большие резервуары для воды. Такие сардобы есть в каждом дворе поселка. После того, как свои сардобы заполнены, счастливые владельцы насосных бочек заполняют водой сардобы соседей. Разумеется, бесплатно: вода в этих местах – святое.


Колодец

Вообще без машин здесь – никуда. И самое страшное, если в дороге кончится бензин: можно погибнуть в пустыне от жажды и голода. Телефонов нет, а расстояния между поселками – несколько сотен километров…

Основное занятие «песковых туркмен» — скотоводство. Мы остановились в доме Хаджи, самого богатого жителя поселка. У него дом и юрта, в юрте живет сам хозяин – хотя там есть и «женская» часть, с посудой и плитой. Женщины живут в доме, состоящем из комнаты и кухни. В комнате – полированная советская мебель, серванты с расписными чайниками и сувенирами из России — Хаджи служил в советской армии, оттуда и привез.


Хаджи – самый богатый житель поселка Дамла

Вот он сидит в окружении детей и внуков. Понять, кто здесь кто, довольно трудно — по-русски дети не говорят. Дети в Дамле неумытые и сопливые – чтобы злые духи не прельстились ими и не забрали к себе. В поселке ещё используют этот способ обезопасить ребёнка: здесь много маленьких детей, чей нарочито неприглядный внешний вид не должен притягивать злых духов.

Главное детское развлечение – кататься с барханов, выкрикивая: «Ой-ла-ой-ла-ой-ла…» Съезжают прямо на попах, оставляя за собой клубы пыли и песка, – причем мальчики до двух лет тут ходят вообще без штанов, и это понятно: воды нет, памперсов тоже… Одеты дети тоже по-разному. Мы гостили у Хаджи в октябре – было уже прохладно, градусов семь по Цельсию, — и смотрите – кто-то из детей в телогрейке, кто-то – в шубке, а кто-то – и вовсе в платье с коротким рукавом. И ноги – ведь почти все босиком или в шлепанцах на босу ногу.


Дети Дамлы

Женщины с мужчинами – и с гостями – за один стол не садятся. А если приглашают – то женщина присаживается чуть позади мужа, в отдалении – туркменские семьи патриархальны, главенство отца и мужа проявляется во всем. У Хаджи восемь детей, но живет он с тремя младшими дочерьми, старший сын выстроил дом по соседству. Жена сына помогает свекрови, но когда Хаджи заходит в комнату, где возятся по хозяйству женщины, невестка поспешно накидывает на лицо платок. Она бы и свекрови лицо не показывала – ей, наверное, так комфортней, — только не получается, они работают вместе, приходится разговаривать. Правда, когда мы решили сфотографировать жену Хаджи с невесткой, — и свекровь даже попыталась приобнять девушку – та не согласилась, села чуть поодаль и слегка отвернувшись, прикрыла рот яшмаком.


Свекровь и невестка

Вообще дочери слушаются отца беспрекословно. Когда мы сидели с Хаджи в юрте, девочек не было видно, но стоило хозяину негромко произнести имя одной из них — «Эй, Алтын!» или «Эй, Язе!» — как силуэт девочки тут же появлялся в дверях.

Хаджи и его женатый сын, который живет по соседству в отдельном доме, вместе ведут хозяйство, у них около полутора тысяч овец, триста верблюдов, пятьсот коз. В прошлом году Хаджи пришлось продать половину баранов – дождей нет, травы тоже, и кормить баранов нечем. Оставшийся скот Хаджи отправил с чабанами подальше от Дамлы – искать место, где еще осталась трава.


Стада Хаджи

Когда наступает вечер, стада тех, кто не отгоняет своих баранов на дальние пастбища, начинают тянуться на водопой, к сардобам. У тех, кто побогаче, — над колодцами стоит насос. Те, кто победнее, — тянут воду ведрами.

В то время, пока мы гостили в Дамле, пришло время перетянуть к зиме юрту. Обычно юрту поправляют два раза в год, осенью и весной, и ремонт юрты – женское дело, мужчины даже не подходят. С утра с юрты сняли войлоки, вынесли кошмы, сняли двери и веревки, которыми юрта была обвязана. Затем начали поправлять канаты, заново перевязывать узлы, привязывать дверные столбы. До вечера провозились. Но потом юрта была как новая.


Куры в Дамле

Есть в Дамле и куры, и собаки – тазы. С собаками ходят на охоту на зайцев – ездят на машинах, как видят зайца – слепят его фарами и пускают собаку по следу. Пирог с зайчатиной мы ели – хозяйка пекла в честь нашего приезда. Остатки мяса на костях подвесили в юрте под потолком, вялиться…
источник

Метки:

Добавить комментарий