Перейти…

VGil journal

Архив

RSS Feed

10.12.2018

Удальцов о буржуазной революции


В интервью «Lenta.ru» «левый радикал» Удальцов подробно рассказал о целях и планах буржуазной революции в России, проанализировав достигнутые на сегодняшний день результаты:

1) Цели митингов:
«От честных выборов вообще переходить к вопросу о легитимности власти, альтернативную систему выстраивать.»

Фактически это уже произошло, когда «Круглый стол 12 декабря», «Лига избирателей» и т.д. заявили о нелегитимности выборов президента до (!) проведения самих выборов.
Аргументы нелегитимности выборов президента: «неравный доступ в СМИ, неучастие в дебатах, недопуск кандидатов и т.п.» крайне специфичны, их можно смело адресовать всем выборам во всех странах мира. Про США, где есть только 2 серьезных кандидата, не пахнет равным доступом в СМИ и т.д. даже говорить страшно, но дело не в этом. Дело в логике претензий к выборам – если главной претензией к выборам в Госдуму стали не кем не доказанные, но заявленные «беспрецедентные масштабы фальсификаций» на самих выборах, то выборы президента заранее делегитимизируются, вне зависимости от чистоты самих выборов.
Т.е. переход «от честных выборов вообще переходить к вопросу о легитимности власти» был по факту осуществлен практически сразу после начала митингов.

«Альтернативная система» – если подразумевается альтернативная система власти, то это серьезный вопрос и важно понять, с кем конкретно «левый радикал» Удальцов призывает создавать альтернативную власть.

2) Элита и митинги:
«Все эти митинги они еще не самодостаточны. Нужен раскол серьезный в элитах. Чтобы и правоохранительные структуры начали колебаться, сомневаться. Пока этого нет. Хотя, конечно, массовость акции — первична.»

Удальцов говорит о том, что митинги сами по себе бессильны и победа Болота не возможна без поддержки со стороны элиты. Фактически речь идет об отключении «репрессивного аппарата», который должен бездействовать и переходить на сторону протестующих, это важнейший элемент всех цветных революций – на Украине СБУ перешло на сторону Майдана, в Египте военные вдруг почувствовали себя предельными гуманистами и не разгоняли Тахрир и т.д.

Т.е. митинги являются не более чем видимым винтиком в машине революции, другая часть имеет большее значение и не на виду.
3) Народная поддержка и радикализация протеста:
«Практика показала, что 100 тысяч на Болотной власть проигнорировала. Идти на Кремль пока готова только небольшая часть протестующих, не более 10-15 процентов. Их бы разогнали, замочили. Не думаю, что после этого вся страна бы на дыбы встала. Вот на Пушкинской площади 5 марта мирных людей полиция разогнала, но народного восстания после этого не произошло. Как говорится, всему свое время. Нужно двигаться дальше, терпеливо раскачивая эту ситуацию, повышая массовость, и понемногу добавляя радикализма

1. Помимо очередного повтора лжи про численность митингов, Удальцов фактически признает, что митинги не имеют народной поддержки и даже силовые меры против нее не поднимут народ на восстание.

Это давно стало понятно благодаря Антиоранжевому митингу на Поклонной горе, который радикальным образом трансформировал политическую улицу, так, что стало окончательно и предельно четко ясно, что Болото не имеет никакого права говорить от лица народа и представляет только своих лидеров и пришедших к ним людей.

2. Удальцов прямо заявляет о необходимости радикализации митингов, т.е. о том, чтобы «понемногу» перейти к силовым действиям.
В рамках мирного протеста оранжевые уже все проиграли, может быть потому и нужно «понемногу добавлять радикализма» – теперь им очень нужна кровь?

4) Протест после выборов президента:
«5 марта, если честно сказать, был момент, когда надо было всем нам просто-напросто сохранить лицо.»

Если были реальные поводы для протеста, то почему говорится не о них, а о «надо было всем нам просто-напросто сохранить лицо»?
Удальцов, по сути, признает, что никаких существенных поводов для протеста, после выборов президента не было и оранжу нужно было показать, что не смотря не на что он продолжится.

5) Майдан:
«Остается «майдан». Вот мы и пытались, и надо дальше пытаться.»

Удальцов, вслед за Навальным и многими другими, призывает к Майдану – ключевому элементу оранжевой революции на Украине. После этого и десятков других фактов, еще найдутся люди, которые будут утверждать, что у нас нет оранжевой революции?

6) Буржуазная революция:
Lenta.ru: «Тебя не смущает, что большинство вышедших на улицы людей – это либерально настроенные люди?»
Удальцов: «Почему меня это должно смущать? Во-первых, по соцопросам людей левых взглядов там было не менее 30 процентов, это немало. Но объективно сейчас если революционный процесс и будет, то буржуазно-демократического свойства. За честные выборы, за политическую реформу, за свободные СМИ и суды. Это пока явно не социалистическая революция. Но я понимаю, что этапы некие есть, и сразу их не перепрыгнешь. Буржуазно-демократическая революция на данном этапе тоже прогрессивна. Будет более свободное пространство, у левых сил, в частности, будет больше возможностей идти к людям, объяснять свою программу. Убедим – хорошо. Тогда возможны и социалистические перемены»

Lenta.ru: «То есть сначала будет буржуазная революция, а только потом социалистическая?»
Удальцов: «Пока это наиболее реалистично. Я-то сторонник социалистических преобразований, но опять же, должно все созреть. Буржуазная модель противоречива, в ней постепенно накапливаются внутренние противоречия системные. Левая идея в России популярна, имеет серьезную базу поддержки. Так что всему свое время, не надо бежать впереди исторического паровоза.»

ГЛАВНОЕ сказано:
1. Митинги в России – это буржуазная революция, т.е. в ее результате должна произойти смена элиты на буржуазию. Но сейчас у нас во власти кто, дворяне? Немцов-Касьянов-Кудрин буржуа, а Путин нет? Что ваньку-то валять?
По факту речь идет о перераспределении власти между разными элитными группами внутри одного криминально-буржуазного класса, уничтожающего управляющего страной последние 20 лет.

2. В этом же интервью Удальцов заявил: «Революция происходит объективно, когда между властью и обществом накапливаются неразрешимые противоречия, вопрос только в том, кто плодами революции пользуется.»
Почему «плодами революции» должны пользоваться буржуазия? Иными словами, почему возможна только буржуазная революция?
В стране, как никогда за последние 20 лет, сильны просоветские настроения, сам Удальцов об этом говорит: «Левая идея в России популярна, имеет серьезную базу поддержки.» Даже в митингах, со слов Удальцова, левые играют существенную роль: «людей левых взглядов там было не менее 30 процентов». Самые популярные оппозиционные партии – левые.
Учитывая все это, почему левые должны ложиться под либероидов и таскать им каштаны из огня?

Может быть все дело в том, что для «народной» революции «нужен раскол серьезный в элитах», и все должны «не бежать впереди исторического паровоза» подстроиться под одну из элитных групп, т.е. под так называемое «либеральное крыло Кремля»?

3. Где гарантии того, что победив, «буржуазия» сделает в России свободные СМИ и суды»?
С какой стати Болото, лидеры и рядовые называющие народ «анчоусами», «рабами», открыто призывающие к геноциду и демонстрирующие свою предельную ненависть к людям рядом других способов, будут создавать демократию, будучи на 100% заточенные на установление либеральной диктатуры, по принципу «демократия – это власть демократов»?
Что помешает «буржуазии» вспомнить столь восхваляемые ими «старые добрые 90-е» и начать мочить всех левых и националистов по полной программе?

7) Проблемы левого движения и СССР:
«Однако проблем у левого движения в современной России хватает. У нас левое движение, еще выросшее из советского времени, вот эти остатки КПСС. В его основе государственный патернализм: Государство нам все должно дать, в советское время было хорошо, нам все давали, была стабильность. Это конечно приятно, это греет душу кому-то, особенно, людям старшего поколения, но это неперспективно.
На мой взгляд, то, что было в СССР, это деформация левой идеи, которая произошла по многим объективным и субъективным причинам. В этом нет одного виновника: Сталин, или Хрущев, или Берия, или еще кто-то. На самом деле, основа левой идеи — это самоуправление, самоорганизация, никакого излишнего патернализма. То есть, государство подконтрольно гражданам, вообще, в конечном счете, государство постепенно отмирает по нашим представлениям, хотя это процесс не быстрый.
Вот из-за этого излишнего патернализма, как ни парадоксально, сегодня многие люди левых взглядов видят в Путине некую опору. И не выходят на акции протеста. Плюс, конечно, у левых не хватает ярких, узнаваемых лидеров. Кому-то пока не дали подняться, кто-то уже опостылел, что называется. Надо менять ситуацию, тогда и левых будет больше на площадях.»

1. Удальцов прямо заявляет, что «то, что было в СССР, это деформация левой идеи», т.е. им предлагается некий другой левый проект.

2. Прямо связывается «патернализм» и «стабильность» в СССР и в современной России при Путине. По сути Удальцов заявляет, что Путин проводит советскую политику в отношении граждан и критикует это!
Не понятно, как можно сравнивать реальную стабильность в СССР (уверенность в завтрашнем дне, возможности личного развития, работающие социальные лифты и т.д.) со «стабильностью» криминально-буржуазной системы, созданной Горбачевым-Ельциным и стабилизированной Путиным?
Кому-то еще не очевидно, что «сегодня многие люди левых взглядов видят в Путине некую опору» исключительно по принципу меньшего зла, т.е. левые политики проигрывают левых избирателей Путину? И, разумеется, замарывание в оранжевой революции только добавляет голоса левым политикам и партиям?

3. Предлагаемая Удальцовым модель левого проекта: «основа левой идеи — это самоуправление, самоорганизация, никакого излишнего патернализма. То есть, государство подконтрольно гражданам, вообще, в конечном счете, государство постепенно отмирает по нашим представлениям» не напоминает ультра-либерализм с примесью анархии?
Но, это еще полдела, оставим в стороне абсолютную не реалистичность, ответьте на простой вопрос – кто-то всерьез считает, что под это можно собрать голоса избирателей?

8) Союз с КПРФ:
1. Прямо сказано, что Удальцов пошел на союз с КПРФ по принципу «на безрыбье и рак щука»:
Lenta.ru: «Зачем ты пошел к Зюганову доверенным лицом?»
Удальцов: «Политика – это искусство возможного. С выборами та же ситуация. Были те кандидаты, которые были… Я предлагал простую схему: давайте прагматично подойдем, у кого рейтинг выше? У Зюганова. Значит, давайте его поддержим, в такую ситуацию поставим, когда ему сложно будет отвертеться.»

2. Зюганова нужно было использовать для проведения оранжевой революции:
«для того же «майдана», нужен еще субъект, который участвовал в выборах. Он бы сказал: “Да, выборы нелегитимные, у меня их украли, я их не признаю, все мои сторонники, мы будем протестовать, майданить, бастовать”.»
Для того, чтобы затянуть Зюганова в оранж, его нужно было поставить в ситуацию «когда ему сложно будет отвертеться.»

3. При этом Зюганов должен был стать не реальным лидером протеста и полноправным президентом, а не более чем марионеткой в руках «улицы» (т.е. «серьезно расколовшейся» элиты):
«Когда человек зависит от улиц, а он бы зависел от улиц, от вот этого массового движения, у него не было бы такого пространства для маневра, чтобы отказаться от своих обещаний. Если бы он соскочил, то миллион бы на улицу вышел и сказал: “Зюганов, не доверяем тебе”. Что бы он там, террор развязал? Зюганов — не тот человек, который будет развязывать террор. Он мягкий человек. Так что вот этот сценарий был бы оптимален, но не договорились.»

4. Также Зюганов должен был отказаться от главного пункта своей программы – национализации:
Lenta.ru: «Но есть же какие-то ключевые вопросы, там национализация, которые не могут разделить либералы в любом случае.»
Удальцов: «Поэтому и звучал тезис “президент переходного периода”. Зюганов к этому тоже в итоге пришел: он сказал, что досрочные президентские выборы проведет через 2-3 года…»

5. Зюганов зависим от Кремля:
«Все системные партии зависимы в какой-то степени от Кремля. Зависимость есть, да, они ходят и консультируются. Это издержки системной политики.»

В контексте предыдущих заявлений получается, что нужно переориентировать Зюганова с одной башни Кремля (условно консерваторы) на другую башню Кремля (условно либероиды) или что?

По сути Удальцов заявляет, что Зюганов – не лидер коммунистов, борющейся за власть, ради реализации Красного проекта, а не более чем инструмент для осуществления буржуазной революции.
Что это, если не плевок в КПРФ и лично в Зюганова?

9) Президент Медведев:
Рассказывая о своей встрече (в качестве одного из лидеров Болота) с Медведевым, состоявшейся 20 февраля, Удальцов заявил: «Я вообще Медведеву сказал: «Отложите выборы. Проведите сначала реформу, а потом выборы по новым правилам проводите».»

Тем самым Удальцов предложил уже объявившему «Десталинизацию» Медведеву остаться Президентом еще на 2 года вообще без выборов, т.е. узурпировать власть и ввести либеральную диктатуру.

Свои действия Удальцов мотивирует необходимостью добиться «серьезного раскола в элите», без которого «митинги они еще не самодостаточны»:
Lenta.ru: «Предлагать отложить выборы — это тоже как-то странно. Ты предлагаешь власть Медведева продлевать, получается.»
Удальцов: «Ну а так получили власть Путина. Это что, очень радостно?…Мы бы их раскололи таким образом…Но не получилось, хотя сам расчет-то верный. Просто пока они свое тандемное единство, монолит сохранили.»

Т.е. для реализации целей митингов нужно было оставить во власти Медведева – это и есть буржуазная революция.

10) Аналогия с 1917 годом:
«Вот мы вспомнили февраль 17-го года, когда случилась буржуазная революция. Во Временном правительстве тоже очень разные люди были. Тоже была нерешительность, не смогли сделать того, что ждал народ, и появились большевики, вышли на сцену. Сейчас просто нет новых большевиков. Если бы кто-то имел авторитет, силы, латышских стрелков, крейсер “Аврора”, то, наверное, это было бы более эффективно, хотя и не очень демократично.
Я противник диктатуры, но исторические параллели можно проводить. Нет сейчас такой силы. Может, она завтра появится, но на данный день и час ее нет.»

Большевиков сейчас действительно нет, но буржуазная революция есть и что будет, если эта буржуазная революция победит, а большевиков так и не появится? Россия рухнет, точно также, как рухнула Российская империя за 8 месяцев власти временного правительства.
Где нам за 8 месяцев власти либероидов взять большевиков, которые тогда подхватили падающую власть в погружающейся хаос стране и построили Великую Державу? Мы большевиков при помощи «обещаемых» Болотом свободных СМИ и судов» будем создавать?

11) Сталин:
Удальцов: «В противном случае, какая бы благая цель не ставилась, как правило, это все вырождается бог знает во что. Либо новый Сталин, либо новый Ельцин.»
Далее Удальцов хвалит «вырождение бог знает во что» в лице Сталина, справедливо говоря о необходимости вернуть мессианство русскому народу:
«Но с прагматичной точки зрения, что из сталинской эпохи можно заимствовать? Что-то, наверное, можно. Например, тогда была национальная идея. Да, люди могли жить бедно, война, ужасы, тяготы, и непонятно, как они вообще выживали, но была идея равенства, братства и справедливости. Вот потом она умерла, и все развалилось, как карточный домик. А тогда была идея, что мы действительно делаем уникальное, мы мир ведем вперед, мы сила прогресса, сила света, и ради этого можно страдать, терпеть лишения, умирать. Вот это нужно думать, как возродить.»
1. «Идея равенства, братства и справедливости» – это продолжение дела Великой французской революции, продолжателями которой были большевики. В этом Удальцов полностью прав.
2. «Мы мир ведем вперед, мы сила прогресса, сила света, и ради этого можно страдать» – это мессианство, без которого русские жить не могут и не когда не жили (не в РИ, не в СССР). Вновь точная оценка.

Сравнение Сталина и Гитлера:
«Для меня Сталин и Гитлер никоим образом не равны. Цель Гитлера, действительно, была уничтожить две трети человечества – такая больная фантазия. Цель Сталина – это коммунистическое общество, общество всеобщего благоденствия, равенства возможностей, справедливости. И смешивать все это в кучу – глупость или провокация.»
В этом трудно в принципе не согласиться с Удальцовым.

Про власть Сталина и «Десталинизацию» России:
«Понятно, что сталинская сверхцентрализованная, тоталитарная модель государственного управления сегодня просто неприменима. Время другое, люди другие, общество другое, все другое. Репрессии и кровь это надо отринуть сразу и навсегда. Это плохо, это осудить надо однозначно. Однако я противник того, когда все впадают в другую крайность и говорят, что мы все должны каяться, мы все должны на колени встать и перед всем миром каяться за преступления Сталина.»

Как все это сочетается с только что заявленными «идей равенства, братства и справедливости» и «мы мир ведем вперед, мы сила прогресса, сила света»?
Мы мир ведем вперед в «тоталитарную модель государственного управления»?
Сталин строил «коммунистическое общество, общество всеобщего благоденствия, равенства возможностей, справедливости» или «тоталитарную модель с репрессиями и кровью»?

Повторив стандартные либероидые штампы про Сталина, Удальцов высказал специфическую форму отношения к «Десталинизации», с одной стороны про Сталина «это плохо, это осудить надо однозначно», с другой «однако я противник того…, что мы все должны каяться, мы все должны на колени встать и перед всем миром каяться» в чем разница? Ведь если «осудить надо однозначно», то осуждение предполагает конкретную форму, может быть, как юридически не обязывающее заявление Госдумы по Катыни?
Кстати, авторы «Десталинизации» тоже не используют термин «на колени встать» и говорят об осуждении.

«Это сейчас уже Путин отец родной вместо Сталина. Тогда этого не было. Тогда для власти, для Гайдара и Чубайса, имя Сталина вообще было как красная тряпка.»
Удальцов, по сути, говорит, что при Путине отношение власти к Сталину (и СССР в целом) стало значительно лучше, чем было в 90-е.

Заканчивается обсуждение Сталина следующим образом:
«ни Сталин, ни Путин — это не наш идеал. Хотя мне, как человеку левых взглядов, Сталин по своим целям будет ближе Путина. Именно по целям. Но по методам достижения целей, конечно, и тот, и тот не фонтан, как говорится (Удальцов показывает на фонтан, который видно с того места, где мы сидим, и усмехается).»

12) Гитлер:
«Но если даже на Гитлера здраво и прагматично посмотреть, прочитать “Майн кампф”, то что-то оттуда можно вынести. Не идеи расового превосходства, концлагерей, а идеи партстроительства, борьбы за власть. Так мне кажется надо к истории подходить.»

При любой прагматике, не один политик (тем более левый политик в России) не может адресоваться к опыту нацистов, так как это скверна.

13) Левая мегапартия:
«Конечно, в идеале, левая мегапартия должна быть создана. Обновленная партия, без уклонов в сталинизм, излишнюю ностальгию по СССР. Миронов уже все уши прожужжал: мы хотим объединиться с КПРФ. Я думаю, это правильные слова. Так давайте начинать реальные переговоры. Давайте попробуем создать реально мегапартию, фракционную, куда войдут новые лица. “Справедливая Россия”, КПРФ, Левый Фронт и другие организации.»

1. Предлагает объединить всех левых, от очень умеренных социалистов (Справедливая Россия) до специфических «радикалов» (Левый Фронт).
Этот странный гибрид должен создаваться в условиях, либо проведения заявленной Удальцовым буржуазной революции, либо после ее победы. Как в этих условиях можно оценивать роль «Левой мегапартии»?
Раз, как говорит Удальцов, социалистическая революция не возможна, то получается, что объединившиеся левые должны либо помогать буржуазной революции, либо отойти в сторону (т.е. не иметь субъектности), либо пользоваться плодами буржуазной революции, став частью новой системы власти.

2. Что значит в России «Левая мегапартия», которая по рецепту Удальцова: «без уклонов в сталинизм, излишнюю ностальгию по СССР.» отказывается от накаленной борьбы за просоветскую энергию общества, которая сегодня велика, как никогда и в любом случае является ключевым фактором для любой левой политики в России?
Они тем самым фактически дарят эту энергию другим группам и/или сливают ее, т.е. проигрывают ВСЕ. Такая «Левая мегапартия» – идеальный спарринг партнер для власти либероидов. которые смогут творить, что угодно, будучи уверенными в жалкой беспомощности левых, отказавшихся не только от подлинности, но даже и от фасадных лозунгов.

3. Объединение умеренных и способных найти какие-то точки соприкосновения Справедливой Росси и КПРФ имеет какую-то логику, так как это 2 крупные парламентские партии и т.д.
Но зачем им микро-маргинальный Левый фронт, который силен ровно до тех пор, пока обеспечивает красный дизайн для оранжево-буржуазной революции? Левый фронт нужен только в одном случае – если нужно выстраивать союз (т.е. ложиться под) с либероидами, в этом качестве Левый фронт силен, в любом другом не просто бессмысленен, а компрометирующие вреден для КПРФ и Справедливой Росси.

4. Очевидно, что в руководство такой «Левой мегапартии» войдут левые лидеры Болота (Удальцов, Пономарев, Гудков, Дмитриева), которые и будут задавать тон этой организации, но это уже дело тех партий. которые готовы объединяться с левым крылом Болота.

Follow VGil_tvit on Twitter

Метки:

Добавить комментарий