Перейти…

VGil journal

Архив

RSS Feed

13.12.2018

Людмила Марковна…


 «Я говорил с ней часа за полтора до ее кончины»

Алексей Пименов: Валерий Семенович, вы хорошо знали Людмилу Гурченко, дружили с ней. О чем же был этот телефонный разговор – оказавшийся последним?

Валерий Кичин: Происходило это при обстоятельствах, совершенно запредельных, с точки зрения этики, морали… Обсуждали мы вот какую тему: она, как наверняка знают ваши читатели, несколько дней провела в больнице: незадолго до этого гуляла с собакой, поскользнулась и упала. Был перелом какой-то части бедра; газеты тут же ликующе возвестили – шейки бедра. Не понимая, что перелом шейки бедра в таком возрасте – это конец для актрисы, а возможно, и физическая смерть. Но, слава Богу, ничего такого не было, и это было сразу же сказано репортерам. Тем не менее, по всем эфирам, по всем интернет-ресурсам, по всем газетам пошла эта байка: «У Гурченко сломана шейка бедра». И тут ее начали преследовать папарацци: она рассказывала мне, как ее доставали даже в больнице. Пришла какая-то девушка в одеянии хирурга – в брюках зеленого цвета, в шапочке. Стала задавать вопросы, из которых сразу стало ясно, что она никакой не хирург. Подоспели врачи – и девушку едва ли не насильно вывели из палаты. А затем в ее сумочке были обнаружены диктофон, камера и даже сделанная накануне запись, которую сделал какой-то человек в таком же хирургическом прикиде, когда Гурченко готовили к операции. В общей суматохе он сумел получить репортажик, тут же пошедший на канале Рен-ТВ. Им во что бы то ни стало нужно было получить фотографии или видеозаписи от такой Гурченко: без макияжа, беспомощной, страдающей от невыносимой боли.

Уведомление о смерти

А.П.: Действительно запредельно. Что же было дальше?

В.К.: … И вот она уже дома – я был у них в гостях буквально за несколько дней до ее смерти, и она рассказывала мне все эти истории. Людмила Марковна начала уже тренироваться; все быстро шло на поправку. Она меня угощала, сама наливала чай, говорила, что она ей необходимо двигаться… А через несколько дней вечером – в квартире раздался телефонный звонок. Муж Людмилы Марковны Сергей Сенин подошел к телефону. Какая-то женщина представилась, заявив, что она – с телеканала «Россия». Сказала, что у нее есть «нелицеприятные сведения» о Людмиле Марковне. «Какие сведения?» – изумился Сенин и даже пошутил: «Украла булку с молоком в супермаркете, что ли?» Он-то уже привык к подобным измышлениям. «Нет, – ответил женский голос, – мы точно знаем, что вчера состоялись ее похороны». Первая реакция была юмористическая: Сенин расхохотался и сказал: «Да-да, мы как раз выпиваем на ее поминках». Женщина сказала: «Мои соболезнования» и бросила трубку. Я написал об этом в своей статье для «Российской газеты» – статью дали тут же. В конце статьи я предупредил, что если через несколько минут в эфире появится сообщение о смерти Людмилы Марковны, то это – очередная газетная утка. Утка перестала быть уткой уже через несколько часов: на следующий день часов в пять мы с ней разговаривали по телефону; она смеялась и говорила: ну что ж, теперь буду долго жить… Поговорили. А через полтора часа звонит Сергей и сообщает, что ее больше нет.

Читать материал полностью (источник)

Метки:

Добавить комментарий